Что смерть и бытие равны одна другому, Что здесь и там одна бессмертная душа И что подлунный мир не стоит ни гроша. С ним бедный Клавдио печально соглашался, А в сердце милою Джюльетой занимался. Отшельница вошла: «Мир вам!» — очнулся он И смотрит на сестру, мгновенно оживлен. «Отец мой, — говорит монаху Изабела, — Я с братом говорить одна бы здесь хотела». Монах оставил их. VI Клавдио                                Что ж, милая сестра, Что скажешь? Изабела                         Милый брат, пришла тебе пора. Клавдио Так нет спасенья? Изабела                               Нет, иль разве поплатиться Душой за голову? Клавдио                               Так средство есть одно? Изабела Так, есть. Ты мог бы жить. Судья готов смягчиться. В нем милосердие бесовское: оно Тебе дарует жизнь за узы муки вечной. Клавдио Что? вечная тюрьма? Изабела                                   Тюрьма — хоть без оград, Без цепи. Клавдио                  Изъяснись, что ж это? Изабела                                                       Друг сердечный, Брат милый! Я боюсь... Послушай, милый брат, Семь, восемь лишних лет ужель тебе дороже Всегдашней чести? Брат, боишься ль умереть? Что чувство смерти? миг. И много ли терпеть? Раздавленный червяк при смерти терпит то же, Что терпит великан. Клавдио                                  Сестра! или я трус? Или идти на смерть во мне не станет силы?